Председатель политсовета НРО "Молодой гвардии Единой России" Сергей Бочаров заявляет о застое в движении и о необходимости формирования новых задач Новости Нижнего Новгорода

30 ноября 2010 18:33 Политика

Председатель политсовета НРО "Молодой гвардии Единой России" Сергей Бочаров заявляет о застое в движении и о необходимости формирования новых задач. Об этом он заявляет в своей статье "Res Publica Гвардия. Новым большевикам посвящается".

Статья предназначалась для публикации на официальном сайте "Молодой гвардии", однако была отклонена руководством сайта.

В своей статье Бочаров, в частности, рассказывает об этапах развития движения и о собственном участии в деятельности "Молодой гвардии", куда он пришел в 2006 году из движения "НАШИ". По его словам, это была крайне интересная задача – "построить организацию, убедить творческих и харизматичных людей, что свободное время можно тратить не только на клуб, спортивную команду, активный отдых или КВН, а на практическую работу в Партии и для государства".

Уже через год работы, как пишет Сергей Бочаров, он стал "явно видеть ту пропасть, отделяющую акции ради акций от реальной политической работы, работы со смыслами".

По словам Бочарова, молодежь в то время "использовалась как огромный PR-проект". Вместе с тем, пишет председатель политсовета НРО "Молодой гвардии", потребность партии в свежей крови, действительно была. Тогда МГЕР стала наполняться молодыми людьми, карьеристами и общественниками, бунтарями и интеллектуалами. Именно это время – 2007-2008 гг – стали, по мнению Бочарова, "золотым веком "Молодой гвардии".

"Но время шло. Постепенно заилилась судоходное русло молодежной реки", - продолжает Бочаров. По его словам, активисты МГЕР со временем перешли от живой работы к написанию бесконечных отчетов. Сам же Сергей Бочаров, "по собственной воле отказавшись участвовать в региональных политических заговорах, ушел работать в среду молодежных парламентариев" (Бочаров возглавляет Ассоциацию Молодежных парламентов ПФО, - прим. НИА "Нижний Новгород").

Бочаров в своей статье обращает внимание на то, что идея квотирования мест для представителей молодежи в органах власти не оправдала себя, так же как и участие "Молодой гвардии" в праймериз "Единой России".

"Только новая повестка дня и только принципиально новые подходы – последний шанс и гарант будущего "Молодой гвардии". Той команды, в которой, как известно, бывших не бывает", - подытожил Сергей Бочаров.

НИА "Нижний Новгород" представляет полный текст статьи Сергея Бочарова, от публикации которой отказался официальный сайт "Молодой гвардии":

RES PUBLICA ГВАРДИЯ
новым большевикам посвящается

Я пишу эту статью на корках неполученных Гвардией депутатских мандатов. Понимая, что бесполезно жалеть об утраченных возможностях, важно думать о будущем. О шкуре того медведя, который сейчас ревет и хозяйственно ломает в лесу молодые деревья. Есть ли будущее у "Молодой Гвардии" и какое оно?

Пришел я в Гвардию в 2006 году, из руководителя движения "Наши" в Нижегородской области, многочисленного, сильного, не убирающегося в трех офисах в центре города, приняв предложение "Единой России" об оказании помощи в реформировании собственного молодежного движения, оформился главным специалистом по работе с молодежью в региональный исполнительный комитет Партии. Это крайне интересная и творческая задача: имея практически нулевую ресурсную базу, объясняя старшим товарищам, что гвардеец может еще много чего, кроме того, что сжимать в крепких кулаках древко, вырезанное из пластиковой трубы, построить организацию, убедить творческих и харизматичных людей, что свободное время можно тратить не только на клуб, спортивную команду, активный отдых или КВН, а на практическую работу в Партии и для государства. Особенно, когда сам в это искренне веришь.

Это было время массовых акций. Василий Якеменко со своими московскими многотысячниками, страшно пугающими всех иностранных журналистов, задал высокий стандарт. Сотни пикетов, десятки сотенных мероприятий и, конечно же, огромные события. Драйв, когда молодые голоса в большой толпе единомышленников дружно скандируют лозунги, когда на сцене что-то кричишь в мегафон, будто бы тебя вообще не слышно. Тогда все картинки в учебнике истории, иллюстрирующие положение войск на Сенатской площади или стрелки, обозначающие движение матросов по улицам Петрограда в семнадцатом году, начинаешь воспринимать как режиссуру продуманной массовой акции. Сначала "Наши", потом постепенно "Гвардия" овладевает этим инструментом, делая его не безликим и белым, как китайские бороды множества Дедов Морозов, а находя политический повод. Тогда действительно казалось, что акциями - спасаешь страну от иностранного венчурного проекта: "Майдан" и возможного хаоса. Ведь каждому известно, что в России любая социальная революция сразу окрашивается в цвет крови. И допустить этого никак нельзя. Но, уж через год работы в Партии, я стал явно видеть ту пропасть, отделяющую акции ради акций от реальной политической работы, работы со смыслами.

В стране постепенно выстраивалась политическая система. Возникла дискуссия о новых кадрах. Я помню все эти тезисы, написанные для очередного матерого депутата-ньюсмейкера, с идиомами "молодежь-наше будущее", "вырастим себе смену". Молодежь - как огромный пиар-проект. Интересная для всего общества тема, многие тогда оседлали ее. Но потребность, по крайней мере, Партии, в свежей крови действительно была. Потом, как метко выразился бунтарь Пелевин "первым спутником – четыреххвостым сперматозоидом так и не наставшего будущего", возник проект "Политзавод". Шанс для единиц, избранных Фортуной и крушение надежд для многих. Первый опыт, обнажающий убожество и атавизм нашей публичной политики и замшелую псевдополитическую риторику многих партийных лидеров. Говорили на Политзаводе в основном только лозунгами, но уже без бумажек. "Именем Турчака" в условиях дикой политики, когда прайс за место в списке многих партий являлся публичным документом, была "выбита" двадцатипроцентная квота для молодежи. Подобно тому, как в условиях дикого рынка девяностых появился бартер, как явление экономической жизни.

Гвардия стала наполняться молодыми людьми, карьеристами и общественниками, бунтарями и интеллектуалами - "Единая Россия" открыла молодежи шлюз. Правда многие партийные региональные хитрецы лишь приоткрыли форточку, но некоторые молодежные лидеры именно через неё впоследствии и влезли.

Так наступил золотой век Молодой Гвардии. 2007-2008 годы. Появился сильнейший мотиватор: "Молодежь-во власть", для Партии открылась обратная связь, то, что циничные технологи впоследствии назовут "молодежный ресурс". Конкретная отдача – голоса на выборах плюсом в партийную копилку. Появились проекты второго порядка, более сложно организованные, чем просто набор уличных акций. "Фабрика смыслов" (и сегодняшняя ностальгия по Роману Романову и его еще неоцененной поколением книге про яппи), вернувшая понятие живой дискуссии и дебатов в молодежную среду. "Молодежный избирательный штаб" и множество креативных и интересных решений, вызывающих гримасу удивления на каменных лицах видавших виды и высокооплачиваемы политтехнологов. Отчетливо помню тысячу молодых людей, собранных нами на центральной площади чужого приволжского города и защищающих судьбу собственного ВУЗа от кровожадного мэра-эссера. И самое главное, как отлив оставляет на отмели много всего полезного, так и кампании 2007 и 2008 годов, откатившись, оставили в Гвардии тех, кто сейчас составляет ее основную команду – закаленных в политических боях молодогвардейцев.

Тогда в организации возникли и первые ереси, так называемые "политотделы", проповедавшие полную независимость от Партии при крайней степени отмороженности: митинги с криками "губера в отставку", сжигании чучел неугодных политиков, банданы, закрывающие лицо при свете файера. В статейке "Мягкий путь политики прорыва" на контрасте с данным явлением, я тогда описывал троянского коня и волка в ягнячей шкуре, как образы того, КАК молодежь должна зайти во власть. Как и следовало ожидать, просуществовало это течение недолго, а подавляющее большинство его адептов, Дон Кихоты, упорно кидающиеся на ветряную мельницу, слишком активно успевшие покуролесить, навсегда закрыли себе путь попадания в региональную элиту и диалога с властью.

Но время шло, словно доказывая тезис о роли личности в истории, с переходом сильных руководителей на ответственные государственные посты, что-то надломилось внутри организации. Постепенно заилилось судоходное русло молодежной реки. Внешне все шло нормально. Но постепенно от смелых выборных решений – мы перешли к мониторингу ситуации в регионах, от живой работы – к написанию бесконечных отчетов, от предложений собственных форматов политических акций – к спущенным сверху "клеткам" (последние шедевры данных интеллектуальных экзерциций, типа, вывалить мусор под дверь мэру или пикетировать, разрушая репутацию, градообразующее предприятие, и вообще приходится игнорировать ввиду элементарного здравомыслия).

Импульс развития организации перестал исходить из одной точки и резонировать с региональными штабами, амплитуда колебаний сильно ослабла. Безусловно, это был вызов. Региональные штабы Гвардии, фактически, оказавшись в автономном режиме работы, выстраивали собственную политику. Кто-то ушел, чей-то штаб лопнул под гнетом, но те из нас, кто всегда понимали приоритет региональной внутренней политики для развития собственной команды, безусловно, стали сильнее.

Ушло время квот и пришло время политической конкуренции. Внезапно, как удар, последние избирательные кампании. Непростые переговоры с главами и действующими депутатами, битва за праймериз, партийный политсовет как место для дискуссий, сложные кампании в депрессивных муниципалитетах. Кризис, и это всё объясняет.

Но, несмотря на это, мы провели во власть достаточное количество молодых депутатов. Впоследствии, встречаясь со многими из них, расслабившимися после выборов и задающими вопрос посреди дымящихся руин Молодежного федерального собрания "А дальше-то что делать?", понимаешь абсурдность и гибельность идеи власти ради власти, всех квот для молодежи. "Пройти, потому что молодой" - ложная цель. Молодой депутат - еще не означает качественного рывка вперед, как и наличие личного твиттера не значит, что читать пустоту в чьих-то головах будет интересно. Наша организация сильно преуспела в вопросах технологий, но почти полностью просела в вопросах идеологии и поиска смыслов. Иногда "троллинг", как то зеркальце, говорит чистую правду. Пока Гвардия спала, изменилась повестка дня. Модернизация.

Это событие я встретил в ссылке. По собственной воле, отказавшись участвовать в региональных политических заговорах, ушел работать в среду молодежных парламентариев. В ссылке я познакомился с интересными людьми, и всероссийская здравница в Анапе очень быстро превратилась в "политическую горячую точку". Здесь стало отчетливо видно, что несколько роботов из жидкого металла гарантированно победят проржавевших Терминаторов. В ответ на запрос государства на модернизацию должна прийти новая молодежная политика, интеллектуальная. Без печати интеллекта и тонких политических решений, уличный голем, в 2008 году уронивший на землю флаг, так и останется недвижим. Не лозунг "оппозиция неконструктивна, поэтому они козлы", а парламентская дискуссия. Не несколько сиротливых пиктов против чего-то там, а новый закон, ограничивающий это что-то в целом. И, наконец, не констатация ущербности действительности, а предложение новых механизмов развития. "Know how"- знаю как. Профессионалам от молодежной политики хорошо знакома этот молодежная сильная сторона – критиковать, и слабая – предлагать конструктив и новые решения. На это способны лишь самые талантливые из нас, единицы, но много таких сейчас гигантскими магнитами сетевых молодежных организаций собраны вместе. Растерять таких людей, предлагая им ложную цель, преступление против государства.

Засучив рукава, мы начали работу. Сначала изменили всю систему формирования молодежных парламентов: только выборы. Предложили новый способ голосования – по смс. Увидели брешь в политической системе – кадровый голод на муниципальном уровне, и при поддержке Полпредства в ПФО, создали более 350 молодежных палат в муниципалитетах-общественную школу для будущих местных элит. Только в одном федеральном округе голосовали 250 000 человек от 16 до 30 лет - крупнейший молодежный проект в новейшей истории страны.

Но, здесь и другой серьезный урок, границы субкультур очень размыты, и их рост имеет предел. "Кремлевская молодежная субкультура", представленная несколькими крупными общественными организациями, никогда не станет массовой. Это нужно понимать и видеть, какой бурный рост антирейтинга провоцирует кампания в СМИ. И эта кампания очень органично ложится на общественное мнение, как бы кто не считал это "грязным заказом".

Но движение модернизации – это движение целого поколения, поэтому нужна не субкультура, а общая солидарность. Дискутируя об идеологии, в первом приближении нам удалось ее нащупать, это – образ будущего России, мечта. Национальный форсайт-проект для левых и правых, офисных нищих и огосударствленных мажоров.

И с этой позиции выпукла роль и громко соло "Молодой Гвардии" в большом хоре. Никто больше не обладает таким политическим опытом и арсеналом технологий, никто больше не подошел так близко к вопросу ротации кадров в политике, никто не осознал доминанты талантливой молодежи в исполнительной власти над депутатской деятельностью в современных условиях развития, никто больше не прошел такой огонь и такую воду под звуки фальшивых медных труб, сохранив команду и политическую субъектность.

Пора осознать, что повестка уже сегодняшнего дня – не закатывание инвалидной коляски на прямоугольный пандус и не шумы и крики под окнами административных зданий, а новые решения и талантливые кадры в различных сферах и отраслях.

Вопросы: "Сколько молодогвардейцев сейчас работает в Сколково?", "Как количественно отразятся предложения молодых депутатов на улучшении качества жизни?", "Какие региональные социальные проекты Гвардии успешно реализуются Правительством в интересах населения?", "Какие механизмы предложены для привлечения инвестиций в бюджет муниципалитета?", "В какой срок возможно создания нам системы электронного Правительства в отдельно взятом регионе?" кажутся мне более судьбоносными, чем вопросы типа "Должен ли писарь верховного главнокомандующего возглавить Ассоциацию брянских партизан?".

Главное чувствовать течение времени и помнить о реке, в которую нельзя войти дважды. Только новая повестка дня и только принципиально новые подходы – последний шанс и гарант будущего "Молодой Гвардии". Той команды, в которой, как известно, бывших не бывает.

…Воробьи, кружившие над полем риса, снизились и плюхнулись в теплую желтую грязь. Громким чириканием оглашая солнечно утро, они в клювах поднимали капли воды, и, будто бы полоща саднящее горло, проглатывали их. Распушившись, обмакивали в лужу перья, и самцы горделиво демонстрировали темные стрелки на оттопыренных крыльях.

Промахнуться было нельзя. Почти не дыша и аккуратно стирая со лба пот, несколько метров он прополз, стараясь не показываться из канавы. Потом очень медленно, словно под действием непреодолимой силы, отогнул бирюзовую траву и, прищурившись, натянул рогатку, вставив в ее боевой жгут маленький свинцовый шарик. Миг, и легкая струйка воздуха ударила ближайшего воробья в грудь, отбросив его в центр большой лужи. Стая, испуганно чирикая, взлетела и помчалась в сторону Шанхая.

Человек с радостным воплем вскочил из канавы и, невзирая на грязь, летящую из-под ног, бросился к убитой птице. Его звали Ли Чонг Ю, он был молод и горяч, верный хунвейбин великой Поднебесной империи…

Член виртуального Политсовета Гвардии, Сергей Бочаров

___________________________
Res publica – общее дело (лат.)

У НИА "Нижний Новгород" есть Telegram-канал. Подписывайтесь, чтобы быть в курсе главных событий, эксклюзивных материалов и оперативной информации.