Эксперт-мониторинг событий с 18 по 22 мая 2026 года от АНО «Минин-центр»

Эксперты «Минин — центра» анализируют события уходящей недели, влияющие на социально-политическую ситуацию в мире, России и Нижегородской области, в которых проявляются долговременные тенденции. Темы недели — «Большие дипломатические манёвры в треугольнике Москва-Пекин-Вашингтон», «Ципр-2026 в Нижнем Новгороде», «Мероприятия высокого уровня способствуют повышению роли Нижнего Новгорода на федеральном и мировом уровне».

Федеральная тема — «Большие дипломатические манёвры в треугольнике Москва-Пекин-Вашингтон»

Эксперт «Минин-центра», доцент ИМОМИ ННГУ им. Н.И. Лобачевского, к.ист.н. Сергей Кривов:

«Наиболее знаковыми событиями последнего времени явился визит Дональда Трампа в Пекин 13−15 мая и последовавший за ним 19−20 мая визит в китайскую столицу Владимира Путина. Самое примечательное, что в отличие от других подобного рода событий именно этот с недельным перерывом трек визитов вызвал наибольшие расхождения в оценках. Во-первых, сам по себе факт почти одновременного прибытия в Пекин лидеров РФ и США. Чем был вызван такой скорый «ответ» Путина Трампу? И был ли это именно «ответ»? Во-вторых, оценка итогов обоих визитов. Как правило, довольно пессимистическая, причем и в отношении Трампа и в отношении Путина.

Попробуем ответить сразу на поставленный вопрос: что это было? На наш взгляд, была встреча Большой Тройки. Наиболее близким историческим аналогом, пожалуй, является встреча ноября 1943 года в Тегеране. Это, как всем известно, ещё не была встреча «победителей», в отличие от Ялты и тем более Потсдама. Это была первая попытка определения стратегии, а главное контуров будущей победы.

Естественно возникает вопрос, почему сейчас такая встреча не прошла в одно время? И для чего необходима такая «конспирация»? Однако здесь нет ничего сложного. Исторические аналогии возможны, но полные совпадения исключены. Для встречи втроем необходима проработка специальной повестки и возможно другое место проведения. В 1943 году враг был очевиден и строго материализован — нацистская Германия и милитаристская Япония. Сегодня глобальные вызовы не менее серьезны, но все-таки менее концептуализированы на уровне даже обыденного понимания. Такие понятия как «глобалистские элиты» или «глубинное государство», всё чаще входящие в повседневный политический дискурс, тем не менее, все ещё воспринимаются как отвлеченные, сугубо теоретические абстрактные понятия, не имеющие практического отношения к реальной политике. Тем не менее, три самых мощных державы на планете как минимум вынуждены начать координировать свои действия.

Чисто внешне визиты были обставлены практически идентично. При этом многие упускают важную деталь: визит Трампа носил государственный характер, а визит Путина — официальный. По дипломатическому протоколу они требуют разного внешнего церемониального сопровождения. Тем не менее, наблюдатели отметили практически полную идентичность. Различия были скорее не внешние, а по эмоциональной атмосфере. Но здесь надо понимать, что у Путина и Си Цзиньпина встречи почти регулярные и, очевидно, что история их межличностных контактов накладывает отпечаток и на протокол.

Визит Трампа был давно ожидаем и постоянно откладывался. Многие объясняют это слабостью позиции американцев на фоне событий вокруг Ирана. Однако мы вообще слабо представляем реальный стратегический замысел военно-политического руководства США в связи с Ираном. С другой стороны, события в Венесуэле и в Персидском заливе затруднили поставки нефти именно в Китай. Управляемый кризис в Заливе скорее дает американцам возможность диктовать условия на энергетическом рынке, как ЕС, так и опосредованно Китаю. Неудивительно, что в текущем году Пекин стал более зависим от поставок углеводородного сырья из России. То есть как раз у Си Цзиньпина сейчас не самая выгодная позиция. Пекин обязался закупить 200 гражданских самолетов Боинг для своих авиакомпаний, что косвенно свидетельствует и о проблемах с импортозамещением в китайской авиастроительной промышленности. Неудивительно, что китайский среднемагистральный С919 имеет даже более низкую степень локализации, чем российский SuperJet. И это несмотря на тотальные санкции в отношении России.

Тем не менее, Трамп пошел на явные уступки Пекину в тайваньском вопросе, фактически согласившись на все большее вхождение острова в орбиту Китая. В частности речь шла о заморозке военной помощи Тайбею в размере $ 12 млрд.

Интересно, что по сообщениям ряда западных изданий Трамп в Пекине предложил и формат трехстороннего сотрудничества, включая РФ и КНР, в частности против Международного уголовного суда, заявив, что здесь интересы трёх игроков совпадают.

Визит Путина прошел почти через неделю и также вызвал массу вопросов. Прежде всего, стороны так и не договорились о начале строительства Силы Сибири — 2. Однако вряд ли этот вопрос вообще был ключевым на переговорах. Более того, его нерешенность, возможно, говорит как раз об усилении переговорных позиций Москвы, поскольку нарастание проблем с логистикой для Китая в сфере углеводородов дает шанс россиянам диктовать свои ценовые условия, которые китайская сторона пока считает завышенными.

Однако главным содержанием визита, подчеркнем, был не энергетический вопрос, а геополитика. Российская сторона подтвердила принцип «единого Китая», чем также сделала посыл в сторону усиления интеграции Тайбея с материковым Китаем. Главным достижением российской дипломатии явилось совместное заявление Путина и Си, содержавшее положение, от которого ранее Пекин дистанцировался. Это российская формулировка, предложенная Сергеем Лавровым, о «необходимости устранения первопричин украинского конфликта». Объективности ради надо сказать, что Пекин усиленно подталкивался российской стороной к принятию этого положения. Так, ещё в начале 2025 году Сергей Шойгу, тогда уже в статусе Секретаря Совбеза, по результатам своего визита в КНР заявил, что Китай разделяет необходимость устранения первопричин конфликта. Однако это все же было заявление российского чиновника, а не самого Китая. В феврале текущего года в Мюнхене Ван И впервые озвучил эту формулировку перед западной аудиторией, а сейчас по сути её подтвердил и сам Си Цзиньпин. На дипломатическом языке это означает, что украинский конфликт это вопрос исключительно отношений России и европейских элит, с их нежеланием учитывать российские интересы в странах бывшего СССР. Ещё в начале мая на пресс-конференции в Москве Путин впервые в своей речи упомянул «глобалистские европейские элиты» как главного противника России на Украине. В то же время действия Администрации Трампа свидетельствуют, что американская сторона пусть и не декларативно, но на деле также принимает этот посыл. Указание Трампа на то, что «это не моя война», говорит, что это скорее не отсыл к Байдену, а намек на европейцев. По всей видимости, «дух Анкориджа», выражение, продвигаемое именно Сергеем Лавровым (Юрий Ушаков в своем интервью от него открестился), как раз и заключается не в «выводе ВСУ из Донбасса», что является скорее частным моментом, а как раз в более фундаментальном консенсусе России и США относительно сути этого конфликта. Теперь Китай также присоединился к этому пониманию.

Таким образом, мы имеем по результатам встречи трех лидеров, разнесенной по времени, но не по сути, закрепление Тайваня в китайской сфере, перевод украинских событий в плоскость противостояния РФ с частью европейских элит, но не с «Коллективным Западом», как это преподносилось ранее. Пока остается за кадром, что получает США. Очевидно, что Западное полушарие, где есть факты экономического проникновения Китая, для Трампа, как и любого американского президента, являются наиболее чувствительными. Пока нет понимания с ситуацией вокруг Венесуэлы и Панамского канала, где как раз интересы Пекина и Вашингтона наиболее очевидно зашли в противоречие. Тем не менее, оба сюжета ушли из медийной повестки, что косвенно свидетельствует о как минимум заморозке вопроса. Скорее всего, попытка в последнее время переключить внимание на Кубу для Трампа как раз является показателем того, что какие-то соглашения по венесуэльскому и панамскому сюжетам готовятся. Прошедшая информация о поставках то ли иранских, то ли российских БПЛА Гаване скорее всего также сигнал, что Китай здесь ни причем и готов выйти из игры.

Однако главный вопрос в треугольнике Москва-Пекин-Вашингтон — сокращение стратегических наступательных вооружений, по всей видимости, остается неразрешенным. До сего момента ОСНВ заключался на двусторонней основе между Россией (СССР) и США. В то же время Москва желала видеть присоединение к нему Франции и Великобритании, партнеров США по НАТО, а Вашингтон беспокоится по поводу наращивания ядерного арсенала Китаем. В Пекине не хотят присоединяться к соглашению, пока их ядерный арсенал кратно уступает как американскому, так и российскому. В Вашингтоне, напротив, беспокоятся, что появление третьей ядерной сверхдержавы усложнит ситуацию, а при объединении российского и китайского ядерного потенциалов создаст реальную угрозу их безопасности. На этом фоне Россия начала с участием Беларуси учения по применению ЯО, что скорее адресовано не НАТО, как доктринальному противнику, а своим партнерам по «Большой Тройке», с целью ускорить возможное подписание соглашения.

Указанные рассуждения подтверждаются и обострением ситуации вокруг отношений РФ и европейцев. При этом происходит активизация массированных вбросов нарративов о якобы «тупике на фронте» и об атаках на российские НПЗ как о «симметричном ответе Киева». Оба нарратива являются искусственными и не отражают реалий. События на фронте многие воспринимают по картографическим OSINT-ресурсам, которые все меньше отражают реальную ситуацию на фронте. Массированное использование беспилотников привело к тому, что основным показателем эффективности стали не квадратные метры, взятые под контроль, а деградация контроля противника над собственной территорией. Так, массовое использование россиянами FPV-дронов на оптоволокне привело к тому, что Украина практически утратила эффективный контроль над всей оставшейся частью бывшей Донецкой области. Когда начальник ГШ В. Герасимов говорит о контроле над 75% территории Красного Лимана, это явно не соответствует картографическим ресурсам. Однако это говорит о том, что под реальным контролем ВСУ находится лишь четверть городской застройки. А большую его часть контролируют российские дроноводы. В этом плане можно говорить, что битва за Славяно-краматорскую агломерацию, от которой до линии фронта в традиционном понимании около 10 км, уже началась. Падение Константиновки приведет в свою очередь к необходимости для ВСУ стянуть все оставшиеся силы в городскую застройку этих двух городов, оставив предполья. Схожая ситуация и по Сумской области. Даже незначительное продвижение россиян фактически превращает в серую зону всю её территорию к северу от самих Сум. При этом надо понимать, что с каждым километром сам областной центр постепенно становится такой же «килл-зоной» с возрастающими рисками для мирного населения. Этим также обусловлена постепенность действий российского командования.

Наконец, удары БПЛА по нефтеперерабатывающим заводам. Нужно учитывать, что НПЗ -это большая территория, в среднем 5−6 км кв. Кроме того, вокруг, как правило, находится большая промзона с десятком других хозяйствующих субъектов. Верифицировать, куда именно прилетел БПЛА, попал ли он в сам НПЗ, какие производственные мощности задеты, не представляется возможным. Более того, большинство БПЛА запускаются не с территории Украины, а часто с территории российских же регионов. В этом случае это достаточно ограниченные по могуществу боевой части аппараты, которые способны вызвать лишь возгорание, но чаще всего даже не повреждение оборудования.

Наконец, для пролетов БПЛА задействуются и территории сопредельных государств. Сообщения о задействовании территории Казахстана пока официально не подтверждаются. Есть указания на то, что используется акватория Каспийского моря. А вот удары по Санкт-Петербургу и Ленинградской области осуществляются либо с территории либо через воздушное пространство стран Балтии. На этой неделе все три балтийские страны, так или иначе, оказались вовлечены в дипломатический скандал, когда ПВО НАТО над Эстонией вынуждены были сбить и признать украинское происхождение БПЛА, а Латвия и Литва, по сути, подверглись падению ударных беспилотников, возможно, правда, и не без помощи российских средств РЭБ. Указанные факты произошли непосредственно после странного заявления литовского министра иностранных дел о необходимости силам НАТО нанести удар по военной инфраструктуре Калининградской области. Однако все указанные факты скорее свидетельствуют о косвенном признании достижений и преимущества России в ходе специальной военной операции".

Региональная тема — «ЦИПР-2026 в Нижнем Новгороде»

Эксперт «Минин-центра», профессор НИУ РАНХ и ГС, д.филос.н. Андрей Дахин:

«В Нижнем Новгороде с 18 по 21 мая состоялась XI конференция «Цифровая индустрия промышленной России» (ЦИПР). На ней проводятся профильные деловые встречи и выставки, которые соответствует задачам нацпроекта «Экономика данных и цифровая трансформация государства», реализуемого с 2025 года по поручению президента Владимира Путина. Статусность мероприятия в целом определило участие председателя правительства России Михаила Мишустина, выступление которого дало старт всей работе форума.

Регионально значимый содержательный акцент определило участие губернатора Нижегородской области Глеба Никитина в партнёрской сессии «ЦОДы на пределе. Кто будет развивать инфраструктуру для ИИ и цифровой экономики?» ЦОД — это центр обработки данных, один из узловых элементов инфраструктуры новой, цифровой экономики. Его нормативно-правовое определение появилось в России в 2025 г. (Федеральный закон от 23 июля 2025 года №244-ФЗ «О внесении изменений в статьи 2 и 6 Федерального закона „О связи“ и отдельные законодательные акты Российской Федерации»). Хотя производственные процессы и строительство ЦОДов, если не считать экспериментальный объект 1993 г., началось в 2003 г. (ЦОД Ростелекома в Республике Чувашии).

Значение ЦОДов в том, что это новый вид фабрики, которая обрабатывает и перерабатывает информацию. В России спрос на обработку информационных потоков растёт семимильными шагами в связи с тем, что все организации и граждане нуждаются в цифровизации данных, в работе с большими данными, нуждаются в цифровых помощниках, в JPT-системах, в применении искусственного интеллекта и пр. Поэтому можно сказать, что регион, на территории которого строится ЦОД, обретает реальную перспективу диверсификации своей экономики в сторону перспективной экономики данных, в сторону развития цифровых, роботизированных индустрий. Г. Никитин показал, что Нижегородская область имеет привлекательные стартовые условия для строительства ЦОДов.

Во-первых, пионерский объект построен в Нижнем Новгороде в 2025 году, это дата-центр общей площадью 3 539 квадратных метров, он вошел в геораспределенную сеть «РТК-ЦОД», насчитывающую теперь более 20 площадок; Нижегородский ЦОД включает четыре машинных зала и 401 стойко-место с установочной мощностью 5 МВт.

Во-вторых, Нижегородская область готова предоставить ещё три площадки для строительства ЦОДов: участки рядом с ОЭЗ «Кулибин» в Дзержинске с доступной мощностью электроснабжения в 70 МВт, в поселке Большое Козино Балахнинского округа (350 МВт) и в пригороде Выксы (350 МВт).

В-третьих, строящийся ИТ-кампус и вся система университета «Неймарк» закладывает базу для кадрового обеспечения ЦОДов и региональной цифровой экономики. Но благоприятные начальные условия недостаточны для развития отрасли, поскольку цифровое производство не просто энергоёмко, но оно необычайно быстро (в сравнении с традиционным материальным производством) наращивает спрос на электроэнергию.

Как отметил вице-президент, технический директор ТБанка О. Щербоков, сроки строительства ЦОДов надо приближать к 9 месяцам, поскольку именно с такой скоростью меняются поколения программно-технологической оснастки. А представитель Сбера, старший вице-президент, руководитель блока «Технологии» ПАО «Сбербанк» К. Меньшов дополнил картину динамики тем, что если сегодня на работу одной стойки ЦОДа уходит 100 КВт электроэнергии, то следующее поколение будет запрашивать 150 КВт, а следующее — 200 КВт. Нетрудно показать, что через два-три года, — если, конечно, мы не хотим допускать технологического застоя, — запрос на энергоснабжение ЦОДов увеличится в 2 раза: там, где сейчас потребляется 5 МВт, потребуется 10 МВт, где сейчас есть 70 МВт потребуется 140 МВт, где сейчас потребляется 350 МВт — потребуется 700.

Участники партнёрской сессии в той или иной мере отметили связь динамики роста отрасли с российским энергодефицитом. Один из способов решения проблемы — это строительство собственных электростанций ЦОДов на основе технологий газогенерации электричества. Для Нижегородской области движение в этом направлении возможно, если проекты ЦОД+электростанция будут разрабатываться, реализовываться и эксплуатироваться вскладчину, в формате нескольких соседствующих регионов. Как представляется, выход на уровень межрегиональной кооперации откроет проектам развития ЦОДов доступ к новому калибру инвестиций и к новому масштабу инфраструктурных решений".

Региональная тема — «Мероприятия высокого уровня способствуют повышению роли Нижнего Новгорода на федеральном и мировом уровне»

Эксперт «Минин-центра», директор научно-образовательного центра востоковедения, доцент кафедры международной журналистики НГЛУ им. Н.А. Добролюбова, к.ист.н. Эрадж Боев:

«Конференция «Цифровая индустрия промышленной России-2026», состоявшаяся 18−21 мая 2026 года в Нижнем Новгороде, стала одним из крупнейших технологических форумов международного уровня.

Следует отметить, что Нижний Новгород является традиционным местом проведения данного форума с 2020 года, что стало результатом активной работы команды губернатора Нижегородской области Глеба Никитина, направленной на повышение федеральной и международной значимости региона как площадки для реализации различных проектов глобального уровня. Конференция ЦИПР является одним из важнейших мероприятий международного и федерального уровня, которые проводятся в нашем регионе. Среди таких мероприятий — международный форум «Города-побратимы и партнеры», III Международный форум особых экономических зон, Международный молодежный форум, Международный форум стран-участниц БРИКС и многие другие. За последнее десятилетие в Нижнем Новгороде была создана вся необходимая инфраструктура для проведения таких мероприятий, что является несомненной заслугой регионального руководства.

В конференции ЦИПР-2026 приняли участие около 18 тысяч участников, включая представителей более 40 иностранных государств — государственных деятелей, преподавателей и сотрудников высших учебных заведений, предпринимателей. В Нижний Новгород прибыли представители Китая, Ирана, Индии, Мьянмы, Южной Африки и других стран, чтобы обсудить глобальные проблемы развития сферы IT-технологий. Важным обстоятельством является то, что на каждой конференции предприятия Нижегородской области расширяют свои международные связи, заключая соответствующие соглашения с зарубежными коллегами. Это способствует увеличению инвестиционной привлекательности региона и развитию его экономического потенциала. Данные связи не ограничиваются технологической сферой, а включают в себя целый спектр направлений — от культуры и образования до туризма и финансов. Благодаря высокому уровню представительства на конференции создаются условия для заключения Нижегородской областью соглашений о партнерстве с зарубежными регионами и муниципалитетами.

ЦИПР-2026 также укрепляет связи Нижегородской области с федеральным центром. В пленарном заседании конференции традиционно участвует Председатель Правительства России Михаил Мишустин, а в стратегических сессиях активно работают руководители Минцифры, Минпромторга и ведущих компаний — ВЭБ. РФ, «Ростеха», «Росатома», «Ростелекома», «Газпром нефти», Яндекса, Т-Банка и многих других. С одной стороны, это облегчает перенос федеральных практик в регион, с другой — создает возможности масштабирования нижегородского опыта, который получил высокую оценку федерального центра. Присутствие высоких гостей на конференции укрепляет рабочее взаимодействие регионального правительства с руководителями федеральных ведомств.

Таким образом можно констатировать, что конференция ЦИПР является не только уникальным событием международного и федерального уровня, но и важным фактором, способствующим всестороннему развитию Нижегородской области. Благодаря данной конференции в Нижнем Новгороде сформировалась площадка для активного взаимодействия федеральных и региональных органов власти, бизнес-сообщества и дружественных иностранных государств. Это обстоятельство придает импульс для дальнейшего развития региона".