Рука в руке: как персональные няни меняют жизнь людей в интернатах

Фото: Анна Гладки

НИА "Нижний Новгород" - Анастасия Назарова

— Это вот Данюська мой. Видите, какой красавец он у меня! В пиджаке, при бабочке. А тут мы на прогулке…

Как телефон молодой мамы забит фотографиями ребенка, так телефон Натальи полон снимков улыбающегося подопечного Борского психоневрологического интерната. Вот они на концерте в актовом зале ПНИ, а вот на прогулке ясным, но уже прохладным сентябрьским днем — в шапочке и самодельных «перчатках». Чтобы защитить руки подопечного от холода, няня придумала простое решение: натянула на них рукава кофты и завязала на концах.

«Это ребенок или вообще кто?»

С Даней Наталью свела судьба четыре года назад. Большую часть жизни женщина проработала учительницей начальных классов, потом была няней-гувернером. А затем увидела объявление о поиске персональных нянь для людей в ПНИ, который проводила благотворительная организация «Регион заботы», и решила попробовать. Так ее подопечным стал молодой человек с тяжелыми нарушениями развития.

Даня до и после появления в его жизни персональной няни.

Когда Наталья впервые его увидела, она не смогла скрыть потрясения.

«Это ребенок или вообще кто?» — подумала тогда женщина.

23-летний Даня выглядел как маленький ребенок: при росте 84 сантиметра он весил всего 7 килограммов. Он не мог самостоятельно двигаться, от постоянного лежания на затылке образовался пролежень, который остался с ним навсегда.

Наталья быстро поняла: состояние молодого человека связано не только с его заболеванием. Ему не хватало самого базового — правильного питания и индивидуального внимания.

До появления персональной няни Даню кормили через поильник жидкой кашей, которая плохо проходила через маленькое отверстие. Поняв, что это никуда не годится, Наталья стала усаживать молодого человека в детский стульчик и кормить с ложки обычной едой — кашей, супом.

«Мало-помалу он стал оживать, поправляться», — рассказала она.

Поначалу Даня почти не реагировал на окружающий мир. Сил и эмоций практически не было. Наталья завела дневник наблюдений, куда записывала изменения в состоянии подопечного: что ему нравится, как он реагирует, что помогает ему развиваться.

За первый месяц Даня набрал 2,2 килограмма. Появились щеки. Начали расти волосы и ногти. Стало больше движений и эмоций.

Когда Наталья рассказывала журналисту НИА «Нижний Новгород» о переменах, Даня словно участвовал в разговоре: улыбался, смеялся, издавал радостные звуки.

«Ну конечно я про тебя говорю!» — рассмеялась няня.

Сегодня Даня весит почти 20 килограммов, а его рост достигает уже 107 сантиметров. Он сам поднимает ноги во время зарядки, держит ложку и пытается есть самостоятельно. А еще постоянно «калякает» на каком-то своем языке, который, пожалуй, понимает только Наталья.

Рука как способ сказать «я рядом»

День Натальи начинается в семь утра. Утренняя гигиена, переодевание, зарядка, завтрак. Потом прогулки — в любую погоду. Концерты в актовом зале, кино, библиотека.

«Мы стараемся везде быть участниками», — отметила няня.

После обеда — занятия с игрушками, развитие мелкой моторики, снова прогулка, если хватает времени. Но главное в этой ежедневной работе — не только процедуры и режим. Главное — постоянное присутствие рядом.

Во время разговора Наталья пытается освободить руку, чтобы жестами объяснить что-то журналисту. Но как только привычный контакт исчезает, Даня начинает беспокоиться. До этого он спокойно и весело перебирал пальцы няни, а теперь начинает искать ее руку и тянется обратно. Для человека, который почти не говорит, это один из способов общения.

За четыре года к Наталье привязался не только Даня. Женщина признается: она и сама прикипела к нему.

«Я его ставлю наравне с внуками. Он мне уже родной», — сказала она.

Наталья даже думала забрать подопечного домой. Но потом родились внуки, и свободное время она стала проводить с ними. Хотя иногда ее все равно тянет в интернат даже в выходные.

Год назад у Дани появился новый сосед по палате — 27-летний Вадик. Наталья старается так же заботиться и о нем.

«Мы иногда семейное фото делаем. Сажаю на одну кровать Вадика, Даньку и сама рядом плюхаюсь», — улыбнулась женщина.

«Он сразу взял меня в оборот»

В доме социального обслуживания для детей и молодых взрослых «Надежда» (коротко — Дом «Надежда») в Нижнем Новгороде — другая история, но с похожим смыслом.

13-летний Матвей, которого здесь ласково называют Мотей, с рождения рос без семьи. В интернате он с четырех лет. У него множественные нарушения развития. Долгое время в жизни Матвея было мало того, что для большинства людей кажется естественным: близкого взрослого рядом, внимания, заботы, возможности просто побыть с кем-то один на один.

Сегодня у Матвея есть человек, который приходит именно к нему. Его тьютор — 27-летняя Светлана, мама двоих маленьких детей. По профессии она тоже учитель начальных классов. Сейчас постепенно выходит из декретного отпуска, поэтому в «Надежде» бывает несколько раз в неделю по 3−4 часа.

Путь Светланы к этой работе начался с волонтерства. Еще до пандемии она пришла в центр помощи семьям с детьми с синдромом Дауна «Сияние».

«Там я впервые встретилась с детьми с особенностями. Я была на перепутье, чем заниматься. Волонтерство подтолкнуло меня к работе с детьми», — рассказала она.

Позже нижегородка стала волонтером вместе с командой «Службы заботы» в Борском психоневрологическом интернате. Когда переехала в Нижний Новгород, искала работу в этой же сфере, но с возможностью совмещать ее с семьей.

«Мне хотелось пойти туда, где может не хватать людей. Где ребятам нужна помощь. В этой работе это удалось совместить», — добавила собеседница НИА «Нижний Новгород».

В «Надежду» Светлана пришла в конце мая. Сотрудники интерната и «Региона заботы» провели экскурсию по учреждению, познакомили с детьми. Так она встретила Матвея.

«Он меня сразу взял в оборот», — с улыбкой сказала женщина.

Матвей оказался самым активным из ребят. Когда Светлана еще не знала, как себя вести, он сам решил этот вопрос: взял ее за руку и повел туда, куда хотел, — к окну. Вместе они полчаса разговаривали об улице, машинах и особенно о «Газелях» — Матвей их обожает.

Постепенно у них появился свой распорядок. Они читают книги, лепят из пластилина, собирают конструкторы. Но главное занятие для Матвея — прогулки.

Он любит улицу, катается на велосипеде и самокате, качается на качелях, общается с другими ребятами. Может помогать взрослым: собирать яблоки или подметать листья. По словам няни, ему нравится оказывать посильную помощь. После прогулки — спокойные занятия: музыка, книги, игры, массажные игры («рельсы-рельсы, шпалы-шпалы»).

Самое важное изменение Светлана замечает не в навыках, а в отношениях. Матвей изначально был готов к контакту. Но постепенно он начал узнавать ее, ждать прихода, радоваться встречам. Бывало, что тьютор задерживалась, и мальчик начинал тревожиться.

«Я точно не могу сказать, связано ли это с привязанностью ко мне», — смущенно сказала она.

Но сотрудники «Надежды» уверены: связь есть. Рядом с человеком, которому он доверяет, Матвею спокойнее.

При этом работа остается непростой. У 13-летнего подростка много энергии, он требует постоянного движения и внимания. Иногда, если что-то идет не так, может проявлять аутоагрессию — ударить себя или окружающих. Для молодого педагога это стало профессиональным испытанием.

«Стараюсь не подкреплять это эмоционально. Ограничить от вещей, которыми он может себе навредить, и переключить на что-то другое», — объяснила она.

В отличие от Натальи, Светлане не приходится каждый день кормить и переодевать своего подопечного. Ее задача — помогать ему учиться взаимодействовать с миром.

Однажды у девушки появились сомнения.

«Были мысли: а приношу ли я ему пользу? Может, рядом с ним должен быть кто-то другой. Но подумала, что если не хватает компетенций, то их лучше приобрести. Потому что для ребенка разлука — дополнительный стресс», — призналась Светлана.

Точка опоры

Эти две истории показывают, зачем людям с тяжелыми нарушениями развития нужен персональный взрослый рядом. Прежде всего, чтобы они получали тот уход, который им действительно необходим. Когда один сотрудник в интернате отвечает сразу за десятки подопечных, невозможно уделить каждому достаточно времени: покормить из ложечки вместо каши из детского поильника, выйти на прогулку, подержать за руку и поговорить. Персональная няня дает человеку именно это — время и внимание одного взрослого. И происходят удивительные изменения: появляются эмоции, интерес к миру, желание общаться и познавать новое. Кто-то учится делать свои первые шаги (иногда в 20 лет). Кто-то впервые выходит на улицу. Но главное — это чувство: я важен, меня любят. Это понимание дает больше, чем любые лекарства.

Именно на такую индивидуальную заботу о детях и взрослых с ментальными нарушениями, в том числе, направлен проект «Регион заботы», который реализуется в Нижегородской области с 2019 года при поддержке губернатора Глеба Никитина.

По инициативе Нюты Федермессер в Нижегородской области также появились «Службы защиты прав» «особенных» людей, волонтерская «Служба заботы», а для самых тяжелых случаев — персональные няни. Они помогают не только с повседневным уходом, но и становятся для подопечных тем самым человеком рядом, на которого можно опереться.

Сейчас благодаря благотворительным сборам «Региона заботы» в нижегородских интернатах работают семь нянь у 11 подопечных, еще семь детей продолжают нуждаться в индивидуальном уходе.

Автор фотографий: Анна Гладки.