Сортировать нельзя штрафовать: что мешает мусорной реформе в Нижегородской области

6 октября 2026 года губернатор Нижегородской области Глеб Никитин и генеральный директор Российского экологического оператора (РЭО) Павел Косов обсудили развитие инфраструктуры обращения с отходами. Главная цель встречи — реализация принципов экономики замкнутого цикла.

По мнению губернатора Глеба Никитина это ещё и вопрос развития экономики нового типа, при котором предприятия получают реальные преимущества. Экологический эффект при этом не менее значим.

Нижегородская область входит в группу регионов, где работа по реализации нацпроекта «Экологическое благополучие», пришедшего на смену проекту «Экология» ведется успешно. Однако вовлеченность населения в решение экологических вопросов оставляет желать лучшего. Несмотря на то, что 91% россиян знают о нацпроекте «Экология», реальные действия граждан пока не соответствуют ожиданиям. Доля тех, кто сортирует мусор, выросла с 4% в 2015 году до 37% в 2023-м, сегодня этот показатель не растет. По данным ОНФ, 63% россиян не видят улучшений в экологической обстановке, а 76% сомневаются, что отсортированные отходы действительно идут на переработку.

В России пока придерживаются «мягкой» модели внедрения сортировки, в отличие от Европы, где за нарушения предусмотрены штрафы. Мы спросили экспертов: что эффективнее для изменения поведения граждан — убеждение или жесткие меры?

Андрей Самсонов, научный сотрудник Приволжского филиала ФНИСЦ РАН, старший научный сотрудник АНО «Научно-исследовательский Институт проблем социального управления»:

В эффективности раздельного сбора мусора не вызывает особых сомнений. Сомнения вызывает реалистичность планов и серьезное недопонимание проблем и факторов, влияющих на экологическое поведение населения. Начну с первого — это средняя площадь кухни, где гражданам и предлагается осуществлять первичную сортировку и сбор мусора, прежде чем отправить его на контейнерную площадку. Достаточно посмотреть статистику и убедиться, что на 5—7 квадратных метрах «советской застройки» появление даже 2-х (не говоря уже о большем числе) домашних мусорных контейнера выглядит ненаучной фантастикой. Население дружно проигнорирует как убеждение, так и жесткие меры. Добавьте современную застройку, с преобладанием «однушек» и «студий», где размер кухни (если она вообще есть) тоже не поражает воображение. Кстати, почему-то мало кто обратил внимание, что раздельный сбор мусора стал нормой в основном в тех странах, где преобладают коттеджи или таунхаусы, со всеми вытекающими последствиями и возможностями…

Второй момент — собственно культура питания, традиционно доминирующая в стране. Да, постепенно растет число тех, кто по минимуму готовит дома (предпочитая кафе и рестораны) или пользуется в основном полуфабрикатами (это отмечают ритейлеры). Но, это преимущественно молодежь или жители центральных районов. И в процентном отношении от всей массы населения — меньше трети. Подавляющее большинство в России традиционно готовит дома и из обычных, а не специально подготовленных, продуктов. Как результат — совершенно иное, более «насыщенное» использование кухни и ее площади, больший объем разнообразных отходов и мусора. Изменение культуры питания — это если мы хотим получить такой результат, дело не только привычки, удобства или здоровья, но и материального положения, доходов домохозяйств и прочих факторов, формально к экологии вообще не относящихся, или относящихся минимально.

Третий аспект — это собственно работа коммунальных операторов, отвечающих за вывоз отходов с придомовых контейнерных площадок. «Желтые» контейнеры для пластика довольно распространены, но есть нюанс. Из-за сравнительно частых задержек с вывозом мусора, население радостно забивает (по остаточному принципу, но это не играет роли) их любым другим мусором, стоит только чуть задержать его вывоз. Кстати, в силу вышеописанных причин, даже один день «не посещения» спецтранспортом приводит к полностью забитым контейнерам и кучам мешков вокруг площадки. Так что регулярность вывоза — тоже повод задуматься — убеждать операторов качественно работать или сразу жесткие меры? К ним, а не населению…

Разумеется, экологическая проблематика шире «мусорной» темы, а сама проблема ТБО и ТКО не сводится к вышеописанным вопросам. Но, часть из них показывает, что не сработает ни принуждение, ни убеждение. Может имеет смысл задуматься о смене подходов, расстановке иных акцентов и приоритетах? Например, в развитии сортировочных мусороперерабатывающих комплексов, совершенствовании их технологий, увеличении мощности, повышении эффективности? Или, например, о том, не слишком ли много одноразовой упаковки из самых разных типов пластика и полимеров мы используем? И это только то, что лежит на поверхности «мусорной» темы…

Федор Сосенков, доктор юридических наук, заведующий кафедрой конституционного и муниципального права юридического факультета ННГУ им. Н.И. Лобачевского:

Встреча губернатора Нижегородской области Глеба Никитина и главы РЭО Павла Косова 6 октября 2026 года вновь актуализировала ключевой вопрос «мусорной реформы»: как перейти от инфраструктурных успехов к реальному изменению поведения граждан. Регион действительно демонстрирует впечатляющую динамику — экопромпарк в Дзержинске мощностью 221 тыс. тонн, межмуниципальный комплекс в Арзамасе на 160 тыс. тонн, опережение графика по контейнерной инфраструктуре. Однако за этими достижениями скрывается парадокс: доля граждан, сортирующих мусор, не растет. Инфраструктура создана, а доверие к ней — нет.

Ответ на вопрос «что эффективнее» лежит не в плоскости «или — или», а в последовательности и синергии. Убеждение без принуждения в условиях низкого доверия пробуксовывает: когда человек не верит, что его усилие имеет смысл, никакие призывы не работают. Принуждение без убеждения рискует обернуться социальным раздражением и формальным соблюдением. Европейский опыт подтверждает: штрафы эффективны, но лишь как дополнение к экономическим стимулам, убеждению и коммуникации, а не как их замена.

Для Нижегородской области, с её сильной инфраструктурной базой, логичен переход к следующему этапу. Убеждение должно стать доказательным: публичная прозрачность движения отходов — от контейнера до готовой продукции экопромпарка — снимет главный барьер недоверия. Принуждение же должно быть точечным и поэтапным: не тотальные штрафы, а отказ в вывозе неправильно отсортированных контейнеров, введение нормативов накопления, стимулирующих раздельный сбор, и лишь затем — административная ответственность. Сочетание работающей инфраструктуры, прозрачной коммуникации и мягкого, но неотвратимого принуждения способно превратить 37% в устойчивое большинство.

Евгений Семенов, заместитель председателя Общественной палаты Нижегородской области, руководитель Нижегородского филиала ФоРГО, политолог, кандидат политических наук, доцент:

Процесс интеграции основ экологической культуры в отечественные социальные практики тесно связан с национальным менталитетом. Менталитет — это глубинный слой: устойчивые способы мировосприятия, коллективные установки, ценности, стереотипы, которые складываются исторически. И вот эти особенности напрямую «подсказывают», какие социальные модели, нормы и стили поведения в данном обществе будут восприниматься органично, а какие — чуждо.

Обозначенная проблема (индифферентное отношение населения к раздельному сбору мусора) органична отечественной ментальной парадигме, нашедшей отражение в главе «Войны за просвещение» «Истории одного города» М. Салтыкова-Щедрина. Когда градоначальник Василиск Семёнович Бородавкин решил «продвигать просвещение», глуповцы взбунтовались. Они стояли на коленях и говорили: «Что хошь с нами делай! Хошь — на куски режь; хошь — с кашей ешь, а мы не согласны!». «Энергии действия они с большою находчивостью противопоставили энергию бездействия», — заключил наблюдатель.

И вопрос, который сформулирован в обращении: «Что эффективнее — убеждение или жесткие меры?» — поразительно органичен отечественной ментальной парадигме. Ответ на вопрос, поставленный таким образом, кратко и точно дал другой известный персонаж великой русской литературы — Антон Антонович Сквозник-Дмухановский — городничий из комедии Н.В. Гоголя «Ревизор». «Пороть их надо!», — заявил он. Вот и вся диалектика…

Максим Лубяной, директор Научно-исследовательского Института проблем социального управления, кандидат философских наук:

Разговор о том, что эффективнее для сортировки мусора — уговоры или штрафы, обычно начинается не с того конца. И то и другое требует инфраструктуры и доверия к ней. Штраф за пакет, выброшенный не в тот контейнер, в ситуации, когда человек не уверен, что его отсортированные отходы вообще доедут до переработки, читается просто как побор. Экологического смысла в нём немного. Уговоры в тех же условиях тоже буксуют: агитация не заменяет видимый результат.

Цифры показывают, что мягкая модель упёрлась в свой потолок. С 4% в 2015-м до 37% в 2023-м рост дали те, кому сортировать не в тягость. Дальше начинаются группы, для которых нужны либо ощутимые стимулы, либо уверенность, что смысл в этом есть. Пока значительная часть граждан сомневается, что отсортированное действительно перерабатывается, любые меры будут вязнуть.

Европейские штрафы любят приводить как рецепт. Но там принуждение ложилось на десятилетиями выстроенную систему сбора и доверие к ней. Переносить санкции без этой подложки, примерно как вводить ПДД там, где ещё нет дорог. Кнут работает, когда он воспринимается как справедливый, а не как способ пополнить бюджет. Динамика скорее указывает на дефицит прозрачности, чем на дефицит строгости. Доверие к сортировке растёт не из лозунгов, а из понятных маршрутов вторсырья, доступных пунктов приёма и видимого результата. Агитация здесь вторична.

Переход к жёстким мерам возможен, но не первым шагом. Сейчас вопрос не в том, что эффективнее само по себе, а в том, готова ли система подтвердить, что сортировка имеет смысл.

Андрей Чугунов, журналист:

В Нижегородской области старались внедрять массовый раздельный сбор вторсырья разными способами. Поскольку поставлен вопрос об эффективности этой опции в отношении населения, рассмотрим два наиболее громких проекта: желтые контейнеры от регоператора «Нижэкология-НН» и экопункты компании «Исток».

Первые желтые контейнеры появились на нижегородских контейнерных площадках еще в 2018 году (спасибо ЧМ-2018). Их установка продолжилась и в 2019-м, и на момент старта кампании примерно 900 решетчатых мусоросборников уже стояли во дворах МКД. В октябре прошлого года их оставалось примерно втрое меньше. По официальной версии — из-за физического износа и разрушения. Новые не закупались, во многом из-за того, что обязанность закупать и содержать контейнеры лежит на владельцах контейнерных площадок — то есть на ТСЖ, ДУК или УК. А для таких затрат необходимо решение общего собрания собственников жилья, причем легитимным будет решение, принятое не менее, чем половиной собственников.

Стационарные пункты приема вторсырья (за деньги!) от компании «Исток» в высшей точке своего развития (2024 год) размещались в 17 муниципалитетах области, а было их 89. По данным компании, за все время существования пункты приняли 250 тысяч тонн отходов от 2,5 млн посетителей. Однако уже через год (в конце октября 2025 года) компания заявила о закрытии всех 55 заведений в Нижнем Новгороде и Дзержинске из-за убыточности проекта. Как писали СМИ, «Исток» ежегодно вкладывал в проект по 35 млн рублей, а господдержки так и не получал.

Несмотря на озабоченность проблемой регионального правительства, «Исток» денег из бюджета не дождался. Возможно потому, что поправку к бюджету депутаты ОЗС приняли не целевую, а обобщенную (без привязки к конкретному исполнителю). Тем не менее, экопункты продолжают работать и по сей день, правда, в урезанном составе. Так, по данным с официальной страницы в ВК, 8 октября 2026 года в Нижнем Новгороде работают 42 пункта, а в Дзержинске — два. К тому же для посетителей график работы весьма неудобен: с 8:00 до 16:00 с часовым перерывом с полудня до часу дня.

Добавим, что принимают там вторсырье с ограничениями (по упаковке, состоянию и даже цвету пластика) и по смешным ценам. Например, ПЭТ-бутылки до 50 штук принимают по 40 копеек за штуку, то есть получить гражданин может целых 20 рублей, а проезд в общественном транспорте стоит 40 рублей.

Похоже, ситуация с раздельным сбором мусора населением полностью соответствует двум «основным» законам развития экономики в России. Первый — закон Черномырдина: «Хотели как лучше, а получилось как всегда». Второй — закон Явлинского: «От провозглашения идеи до начала ее реализации проходит не менее 500 дней».

Жесткие штрафы, если их попытаются ввести, тоже вряд ли помогут. Кто и как будет штрафовать, скажем, посетителя торгового центра, который на выходе стаканчик из-под выпитого кофе бросит в урну с неподходящей надписью? Или жильца, аккуратно укладывающего пакет с бытовыми отходами в желтый контейнер?

Материал подготовлен в рамках совместного проекта НИА «Нижний Новгород» и федерального «Экспертного клуба».

Фото: Александр Воложанин