Муж петербурженки, которая подожгла его любовницу, отрицает интимную связь

Судебный процесс по делу о поджоге Инны Цыбасовой, в результате которого она получила 73% ожогов тела и чудом выжила, вступил в завершающую стадию.

В суде допросили мужа поджигательницы Илью (имена обвиняемой и её супруга изменены), который в течение полутора лет тайно встречался с Инной. Он проходит по делу в качестве свидетеля.

Ирина, беременная жена Ильи, узнав об измене, решила отомстить не мужу, а его любовнице. Она облила Инну бензином и подожгла, когда та подвозила Илью и его сына к дому. Ирину обвинили в покушении на убийство в состоянии аффекта, но Инна и её адвокат не согласны с этим. Они считают, что Ирина планировала убийство, а Илья сам виноват в том, что довёл жену до такого состояния своим поведением.

Как сообщает "КП-Петербург", во время допросов Илья признавал интимные отношения с Инной. Однако в суде он подбирал слова с осторожностью, пока Ирина находилась рядом.

«Нас с Инной связывали близкие отношения. Претензия от жены была одна — ей не нравилось, что мы много общались с Инной. Говорила: „Ну сколько можно?“. Я не давал поводов для ревности. Ирина толстокожая в этом плане. Для неё Инна была подругой. У меня по роду деятельности вообще было много подруг, которые могли прийти ко мне домой, пожарить пирожки», — рассказал Илья.

Прокурор уточнил, был ли конфликт между Инной и Ириной. Супруг ответил, что на момент поджога конфликта не было.

«Просто за два или три дня до трагедии жена услышала мой с Инной телефонный разговор, скачала какое-то приложение для прослушки. Она неправильно поняла контекст разговора. Мы с Инной говорили про то, что у меня потёк унитаз, и я купил туда новую систему. Я сказал такую фразу: „Лучше бы я у тебя дома там что-то делал“. Я объяснил Ирине, что она неправильно все поняла, что её подозрение — ложное», — ответил Илья, добавив, что после этого прекратил общение с Инной.

Мужчина подробно объяснил, зачем он встретился с Инной в день поджога.

«Я просто хотел забрать инструменты из квартиры Инны. Взял своего сына, чтобы он прокатился с нами, чтобы не было каких-то двойных значений по поводу нашей встречи. И потом в дороге мне позвонила Ирина и попросила отвезти её в женскую консультацию. Я зашёл домой и не застал там Ирину, мы разминулись. Выхожу из подъезда, а Ирина с ребёнком стоят там у машины Инны, отходят от неё. А сама Инна вся обожженная. Спрашиваю: «Что случилось?». Ирина ответила: «Мне Саша сказала (сестра Инны. — Прим.ред.), что вы мне изменяете», — рассказал Илья.

Супруг подчеркнул, что у него с Инной не было интимной жизни, назвав их связь «взаимоласками».

«Наши половые органы с ней не соприкасались. И я говорю это не потому, что здесь жена сидит. Просто Ирину ущемило, что в подслушанном разговоре прозвучала фраза: „Да, зая“», — оправдывался Илья.

Адвокат Ирины подробно расспросил Илью о сестре Инны. Именно ей Ирина позвонила перед поджогом, представившись подругой и узнав подробности об измене. Илья считает, что это стало причиной поджога.

«Я готов написать заявление на её сестру», — заявил Илья и выругался.

«Вы находитесь в зале судебного заседания. Можно нецензурную брань убрать из речи. Мотивы сестры нас не интересуют. Нас интересуют мотивы обвиняемой», — остановила его судья.

Илья растерялся и начал уходить от вопросов, отвечая без какой-либо конкретики.

«Если не знаете, значит не нужно это говорить! Вы взрослый человек, дееспособный? Пожалуйста, вам задали вопрос, переварите его и дайте чёткий ответ», — попросила судья.

Далее в суде должны допросить оставшихся свидетелей и огласить результаты экспертизы. Защита Инны собирается ходатайствовать о проведении нового исследования, чтобы доказать, что Ирина планировала убийство, а не действовала в состоянии аффекта. Глава СКР Александр Бастрыкин запросил доклад о ходе расследования и суда, получив жалобы от Инны и её сестры на угрозы и давление со стороны Ильи.