Бывших комсомольцев не бывает, - Юрий Поляков

НИА "Нижний Новгород" - Лидия Кравченко

- Юрий Михайлович, герои многих ваших произведений – молодые люди, жившие в период Советского Союза. Как вы считаете, насколько сильно отличается современная молодежь от комсомольцев?

- Разница ощутимая. Комсомол был мощной организацией, которая готовила менеджеров: если вы посмотрите на богатых людей нашей страны, то вы увидите, что 80% из них работали в аппарате комсомола. Это говорит о том, что организация была успешной и, кстати, она одной их первых отказалась от коммунистической идеологии. Комсомол занимался молодежью, создавал научно-технические общества, различные сферы отдыха, лагеря…И все это было уничтожено.

Ведь теперь у нас даже нет министерства по делам молодежи. Пионерия и комсомол прививали детям такие важные вещи, как уважение к старшим, помощь младшим. Сейчас нам этой организации очень не хватает.

- А в чем основные различия поколений?

- Нынешняя молодежь не обладает теми навыками, которыми обладали комсомольцы: когда сочетается, с одной стороны менеджерский подход, с другой стороны государственно-патриотическое сознание. Если нынешнюю молодежь поставить в тот революционно-переломный период, который был в 91-ом году, она его не выдержит. Она не подготовлена.

Для того поколения, которое пережило развал Советского союза, кризисы, дефолты, комсомол – своего рода братство. Комсомольцев бывших не бывает. Я всех помню, с кем я был делегатом съезда ВЛКСМ: знаю, кто жив, кто владеет банками, кто не владеет, кто умер уже. Это была серьезная организация, которая многому учила, и мне эти навыки очень пригодились.

- Как вы относитесь к идее восстановления пионерской организации?

- Положительно. Это необходимо нашей стране. Где-то в начале 90-ых годов Ельцину предложили сохранить пионерию в России, назвав ее "Пионерская организация имени Гагарина". Отличная была идея. К сожалению, все советское тогда разрушали, поэтому эта идея была отвергнута, что является, на мой взгляд, глубочайшей ошибкой.

На западе сейчас признают, что советская система работы с молодежью была очень продумана: минимально задействована идеологически и проработана в вопросах, относительно возраста. Ведь детям всегда хочется ходить в походы, костры жечь, песни петь, быть командой – все это давала пионерия. Когда ребята переходили в ВЛКСМ, то им давались площадки для дискуссий, развития. Все было разрушено. Зачем? Непонятно.

- Вы считаете, что восстановить молодежные организации в России реально?

- Вполне. Во многих странах это осуществляется, ничего страшного в этом нет. Попытки уже были, например, "Наши", но они не прошли, потому что в нашей стране не может быть молодежной организации, принадлежащей к какой-либо партии. Она должна быть вне политики и, кроме того, воспитывать молодого человека как гражданина. Сейчас люди воспитаны в абсолютно гедонистическом ключе: для них главное – накопить на квартиру, на машину, съездить отдохнуть. А что будет, если рухнет государство? Мы, люди старшего возраста, это все переживали, и это была страшная катастрофа.

- Если судить по митингам, которые проходят во многих городах страны, то молодежное гражданское общество в России существует.

- На мой взгляд, все эти митинги инспирированы. Чем принципиально отличается 2012 год от 2010 года? В1998 году, когда произошел дефолт, было гораздо хуже. А почему-то митинги начались именно сейчас. А что такого произошло? Упал уровень жизни, молодых людей выгнали с работы, началась страшная война, куда их призывают? Формально ничего не произошло. Следует заключить, что идет определенная политическая борьба, сложная борьба, где молодежь оказывается заложником своей доверчивости, веря, что если выйдешь на улицу, то станет лучше. А я, например, знаю, что от этого становится только хуже.

Но говорить, что это не вызвано какими-то проблемами тоже нельзя, потому что власть наделала много ошибок. В стране много нерешенных проблем. Многое, что говорят на этих митингах - справедливо. Обидно только то, что люди выходят на улицу, чтобы страна укрепилась, а те, кто выводят их, хотят, чтобы страна пошла в разнос.

Всегда нужно помнить, что в смутные времена проходимцам живется хорошо и комфортно, а под удар попадают воспитанные, порядочные люди. Мы сейчас живем в стране с очень серьезной социальной напряженностью. Я человек немолодой, у меня есть дочь и внуки, и я бы очень не хотел, чтобы они провели свою жизнь на развалинах великой страны.